“Дело Сенниченко”. Как НАБУ подставило Энтони Блинкена
Два года расхваливая главу ФГИ как “разоблачителя коррупции”, наши антикоррупционеры помогали преступной организации обворовывать государство.
Когда слышишь об очередном антикоррупционном расследовании, обычно первый вопрос — а по кому из политиков высшего эшелона это может ударить? Но теперь появилось дело, которое бьет сразу по всей нынешней властной команде и, что еще важнее, демонстрирует фиаско всей украинской антикоррупционной системы. Речь о “деле Сенниченко”, о котором объявило НАБУ.
Согласно официальным сообщениям, детективы НАБУ при процессуальном руководстве прокуроров САП разоблачили преступную организацию во главе с бывшим главой Фонда госимущества Украины. В течение 2019-2021 годов ее участники завладели более 500 млн грн средств АО “Одесский припортовый завод” (ОПЗ) и АО “Объединенная горно-химическая компания” (ОГХК).
С 19 сентября 2019 г. по 17 февраля 2022 г. главой ФГИ был Дмитрий Сенниченко. Два года этот чиновник был “иконой” наших общественных деятелей, специализирующихся на борьбе с коррупцией. Они превозносили его как пример для подражания, а сейчас разводят руками, дескать, не имеют к нему никакого отношения.
Герой оказался антигероем
Слава Дмитрия Сенниченко как грандиозного борца с коррупцией за два года вырвалась из тесных украинских рамок, перешагнула через океан и стала глобальной. Тут нет никакого преувеличения. Пиаром Сенниченко занимался целый госсекретарь США Энтони Блинкен.
“Дмитрий Сенниченко в своей должности не только начал существенные реформы в отношении государственных предприятий, но и приложил усилия к вопросам приватизации. Ему предложили $5 млн за назначение директора Одесского припортового завода. Однако он обратился в правоохранительные органы, что привело ко многим арестам, совершенным НАБУ. Он также придерживался честности и порядочности в вопросе назначения на должность руководителя ОПЗ. Вот как нужно бороться с коррупцией”, — заявил Блинкен, выступая онлайн на “Конференции реформ в Украине” в Вильнюсе 7 июля 2021 г.
Понятно, что госсекретарь США не сам это придумал. Он пользовался информацией от украинских общественных антикоррупционных организаций, а также от НАБУ, которое называло главу ФГИ “викривачем-високопосадовцем” (то есть, в буквальном переводе, разоблачителем на высокой должности). 19 апреля 2021 г. НАБУ выпустило видеоролик, в котором Сенниченко делился “антикоррупционным опытом”: трижды сообщал детективам НАБУ о попытках подкупа и отказался, в частности, от $5 млн взятки.
Причем весь этот антикоррупционный спектакль он разыгрывал не экспромтом. Нет, он с самого начала придумал себе такую роль: заниматься коррупцией под маской антикоррупционера. “84% украинцев считают, что государственные предприятия, которыми руководят политики, приносят большую коррупцию”, — подчеркнул Сенниченко, выступая в парламенте перед своим назначением на должность главы ФГИ, и пообещал “сделать действительно открытую, прозрачную приватизацию”.
Групповое ограбление государства
Тут, конечно, напрашивается возражение, что у всех бывают кадровые ошибки. Мол, молодая неопытная команда Владимира Зеленского не могла знать, что под маской антикоррупционера скрывается чудовище.
Претензии можно предъявить и НАБУ: слишком поздновато оно спохватилось. Эпизоды из переписки членов преступной организации, обнародованные НАБУ, датированы периодом с 6 декабря 2019 г. по 21 июля 2020 г. А подозрение экс-главе ФГИ выдвинуто только сейчас, то есть через три года после тех событий.
Причем Сенниченко спокойно смог уехать вместе с семьей за границу. Внезапным этот отъезд никак не назовешь: о своем желании уйти с должности глава ФГИ публично объявил на пресс-конференции 18 ноября 2021 г., затем 27 января 2022 г. пришел в парламент, чтобы просить депутатов отправить его в отставку. То есть у НАБУ было более чем достаточно времени для того, чтобы его задержать. Поэтому его спокойный отъезд вынуждает предположить “договорной матч” между НАБУ и Банковой.
В онлайн-медиа уже просочилась информация о том, что на ОПЗ схемы работали в интересах Игоря Коломойского, на ОГХК — в интересах Дмитрия Фирташа. И что об этом знали в ближайшем окружении Зеленского.
“НАБУ называет руководителем преступников экс-председателя ФГИ Сенниченко. Но на записях не его голос. Голос на записях, решающий все вопросы по ОПЗ, — это известный “смотрящий” от офиса президента, — поясняет журналист Юрий Бутусов. — Среди фигурантов дела также: 1. Сергей Шефир, личный помощник президента В.Зеленского. 2. Игорь Коломойский. 3. Андрей Богдан, экс-председатель Офиса президента. Сенниченко был назначен именно по настоянию Богдана”.
Дополнительные подробности приводит автор ТГ-канала “Монополист” Сергей Головнев: “Сенниченко обеспечивал админресурс и получал, по словам фигурантов, половину от награбленного. Исходя из разговоров фигурантов — $200 тыс. в месяц. Куратором схемы, который чаще всего говорит на пленках НАБУ с определением “руководитель преступной организации”, является бывший полицейский чиновник, чьим покровителем, по утверждению того же Бутусова, является знаменитый заместитель председателя ОП Олег Татаров”.
Как ковался имидж антикоррупционера
НАБУ уже объяснило, почему оно три года назад доверяло “викривачу-високопосадовцю”. “Для создания имиджа лица, нетерпимого к коррупционным проявлениям, на протяжении 2019-2020 годов бывший глава Фонда трижды выступил разоблачителем коррупции, написав соответствующие заявления в НАБУ и широко проинформировав об этом общественность. Как впоследствии обнаружили детективы и прокуроры, о фактах предоставления неправомерной выгоды тогдашний руководитель ФГИ сообщал, чтобы устранить “конкурентов” на ОПЗ и ОГХК и других предприятиях из сферы ФГИ — лишь бы подконтрольная его преступной организации компания могла заработать. Об этом свидетельствуют выявленные в ходе расследования документы”, — информирует НАБУ.
Конечно, поверить в бескорыстную доверчивость крутых профессионалов трудно. Тем более что само же НАБУ вскрыло, что работа для создания имиджа антикоррупционера была системной. Как отмечает Головнев, “за украденные деньги организаторы преступной организации наняли PR-агентство, которое обеспечивало продвижение в соцсетях и СМИ позитивного образа реформатора. Например, в публикациях НАБУ можно разобрать, что агентство заказывало посты лидерам общественного мнения от $300 до $600 за пост”.
Можно ли избежать новых “дел Сенниченко”
По-видимому, появятся разные версии, почему это дело всплыло именно сейчас. То ли новый директор НАБУ Семен Кривонос решил показать народу и западным партнерам быстрые успехи (неделю назад он встретился с послами G7 и пообещал им “никаких компромиссов” в борьбе с коррупцией). То ли одно крыло Банковой (связанное с Андреем Ермаком) руками НАБУ хочет ослабить позиции другого крыла (связанного с Татаровым). То ли это договорная игра, в которой будет много шума ради шума, но никаких реальных приговоров и посадок.
Однако важнее другое: “дело Сенниченко” кричит о том, что вся наша система антикоррупционных структур — государственных органов и общественных организаций — потерпела фиаско. Два года расхваливая “викривача-високопосадовця”, она не только прозевала реальную преступную организацию коррупционеров, но и помогла ей все это время обворовывать государство.
Это фиаско произошло не случайно. Оно было неизбежно, если не с Сенниченко, то с кем-нибудь другим. В течение восьми лет после победы Революции Достоинства темой №1 в наших медиа была борьба с коррупцией. В этом были заинтересованы западные партнеры, потому что им было выгодно увести внимание украинцев от темы российской угрозы. Если бы они признали темой №1 российскую угрозу, они должны были бы вкладывать миллиарды в укрепление нашей обороноспособности (то, что они с опозданием в восемь лет начали делать лишь после полномасштабного российского вторжения). Поэтому западные партнеры стали создавать у нас целую сеть антикоррупционных органов, которой нет ни в одной другой стране мира: НАПК, НАБУ, САП, ВАКС, АРМА. И в этом им радостно подпевали общественные организации, которые сидят на грантах от западных посольств, потому что гранты на борьбу с коррупцией — это намного дешевле, чем тратить миллиарды на украинскую армию и на борьбу с российской пропагандой.
Хуже всего то, что это фальшивая борьба с коррупцией. Тут можно было бы долго приводить теоретические аргументы, какой должна быть настоящая борьба. Но лучше покажем разницу, нарисовав две картинки, немножко гиперболизированные для наглядности.
Картинка первая: некая команда идет на выборы под знаменем бескомпромиссной борьбы с коррупцией. Ее лидер заявляет о своей нулевой толерантности к коррупции и обещает пересажать всех коррупционеров. Но он знает, что старая прогнившая система будет ему мешать. Поэтому ему нужна вся полнота власти в стране, включая пост президента, контроль над парламентом, правительством, местной властью, судебной системой, Конституционным судом. Но и этого мало. Еще есть всякие медиа и соцсети, которые несут в народ пропаганду от олигархов и коррупционеров. Поэтому нужно положить все информпространство под жесткий контроль государства. И вот тогда коррупции придет конец.
Картинка вторая: крупнейшие политические силы, идущие на выборы, договариваются о правилах игры, которые должны минимизировать коррупцию. Прежде всего, никто не должен получить полноты власти. Процедура импичмента должна быть радикально упрощена. Оппозиция должна иметь сильные контрольные функции, включая пост главы бюджетного комитета. Именно она (а не правящая коалиция) должна иметь полномочия создавать парламентские следственные комиссии (и иметь там решающий голос), заведовать Счетной палатой и парламентским телеканалом. И она должна иметь своих представителей в наблюдательных советах госкомпаний. Также вводятся механизмы политической ответственности руководителей за коррупцию подчиненных. Например, если заместителю министра вручают подозрение, то министр автоматически должен отправляться в отставку. Можно продолжать в том же духе, но суть, наверное, уже понятна.
Первая картинка — это именно о том, как маска антикоррупции надевается для установления насквозь коррупционного режима. А вторая — это о договоре элит, которые нашли в себе силы и смелость положить начало новой традиции, с которой не стыдно идти в Европу.
Юрий ВИШНЕВСКИЙ
