Учебный коллапс: почему к онлайну оказались не готовы ни преподаватели, ни учащиеся

23.02 08:18 | Укррудпром

hbr-russia.ru, 20 февраля 2021. Опубликовано 07:40 23 февраля 2021 года Перенос представлений и моделей очного обучения в цифровое пространство, где человек живет и учится по-другому, не сработал.

В конце XVII века чешский мыслитель и педагог Ян Амос Коменский искал метод, при котором “учащие меньше бы учили, учащиеся больше бы учились; в школах было бы меньше одурения, напрасного труда, а больше досуга, радостей и основательного успеха...”. В результате он написал книгу “Великая дидактика”, которая во многом трансформировала принципы школьного образования в разных странах.

Сегодня похожую задачу пытаются решить учебные заведения, которые пандемия в 2020 году внезапно загнала в онлайн. Массовое онлайн-обучение, развитие “мягких навыков” и цифровых компетенций, индивидуальные траектории и самостоятельные занятия — каждый из нас сейчас вынужденно погрузился в то, что эксперты ожидали увидеть лишь в 2030-е годы. Но, несмотря на доклады учебных заведений и регуляторов об успешном переходе в онлайн, мнение конкретных студентов, университетов, учеников школ и их родителей не так однозначно. Во всяком случае, недовольства и протестов довольно много.

Например, когда университеты начали переводить программы в онлайн, 300 тыс. британских студентов подписали петицию, призывающую снизить плату за обучение. С похожими инициативами выступили студенты в других странах. Набирает силу движение родителей против “дистанционки” в школе. Недовольные считают, что ученики и студенты должны развивать критическое мышление, учиться на своем и чужом опыте, а обучение по интернету не лучшая среда для этого. Знаменитое утверждение Рене Декарта Cogito Ergo Sum (“Я мыслю, следовательно, существую”) во время пандемии перефразировали в мем Covido Ergo Zoom, и такой цифровой переход многие восприняли как “ненастоящее образование”.

 

ИДЕЯ КОРОТКО

Проблема
Перенос моделей очного обучения в цифровое пространство, где человек живет и учится по-другому, не работает. Мешает технологическое неравенство, множество отвлекающих факторов, а также излишний фокус на учебной программе и стандартах. Людям нужны принципиально другие форматы, которые предлагают новый опыт.

Решение

Лидеры рынка начали тестировать новые модели живого обучения в виртуальной среде. Они базируются на трех принципах. Во-первых, плотный контент, выстроенный вокруг междисциплинарных проблем. Во-вторых, событийность — студенты не должны быть пассивными слушателями. Наконец, важна красота и удобство онлайн-интерфейсов.

 

Перенос представлений и моделей очного обучения в цифровое пространство, где человек живет и учится по-другому, не сработал. За время социальной изоляции вырос спрос на практичное знание и живое общение, на образовательный опыт, который не уступает полученному в реальном классе.

В существующей модели онлайн-обучения есть три главных барьера, которые снижают ее ценность в глазах учащихся.

Технологическое неравенство: разный доступ к инфраструктуре онлайн-обучения в зависимости от географии и уровня доходов семьи.

Борьба за внимание: слишком много факторов отвлекает внимание учащегося, онлайн-обучение пока проигрывает эту конкуренцию.

Фокус на учебном материале, а не на образовательном опыте: учебным заведениям приходится следовать утвержденной программе, они мало заботятся, чтобы процесс обучения был удобным для преподавателей и учащихся.

ТЕХНОЛОГИЧЕСКОЕ НЕРАВЕНСТВО

По данным GlobalWebIndex, в январе 2020 года среднестатистический пользователь проводил в интернете 6 часов 43 минуты в день. Более 4,3 млрд человек (59% мирового населения) имеют возможность выходить в сеть, в России — около 118 млн человек (81% жителей). И кажется удивительным, что 3,2 млрд человек в мире все еще не имеют доступа к глобальной сети. Даже в Восточной Европе и России количество “неподключенных” жителей составляет более 65 млн.

Вынужденный переход к всеобщему онлайн-обучению обнажил проблему неравенства. Оказалось, что быстрый интернет и бесперебойные занятия — это привилегия жителей больших городов. Население удаленных районов (а это почти 50% населения мира) лишены такой возможности.

Кроме технологического барьера есть еще и социальный. Семьи с доходами ниже среднего, как правило, не могут обеспечить каждого члена семьи компьютером для доступа к онлайн-урокам и необходимым физическим пространством в квартире. В результате обучение часто происходит посменно и в местах, для этого не предназначенных: на кухне, балконе, в ванной. Качественное цифровое образование стало прерогативой семей с доходами выше среднего, проживающих в больших городах. Несмотря на то, что компании и правительства активно инвестируют в интернет-инфраструктуру, в ближайшие пять лет технологическое неравенство сохранится как в России, так и в других странах.

БОРЬБА ЗА ВНИМАНИЕ

Учебные заведения проектируют свои образовательные программы в отрыве от обстоятельств, в которых учащийся живет до и после занятий — так повелось с доковидных времен. Когда обучение проходит очно, учитывать эти обстоятельства нет необходимости: ученик находится в классе, он на виду, временно вырывается из бытовой рутины и может полностью сосредоточиться на предмете. Однако жизнь “на удаленке” перевернула все с ног на голову.

Внимание и вовлеченность учащегося — необходимое условие качества образования. Во время пандемии онлайн-преподавателям пришлось конкурировать не только с гаджетами и соцсетями, но еще и с членами семьи слушателя, звонками его работодателя, отдыхом. Сидя дома, человек сталкивается с валом конфликтующих запросов на свое время, ему приходится расставлять приоритеты, и далеко не всегда в пользу обучения. В результате — снижение вовлеченности и, как следствие, падение успеваемости.

Пандемия показала, что в условиях локдауна и других социальных ограничений необходимо проектировать не образовательную программу, а обучение как часть жизни человека “на удаленке”. Иными словами, важно учитывать не только распорядок дня и образ жизни учащегося, но и специально работать с удержанием его внимания. Это означает переход от односторонней передачи знаний к модели обучения через дискуссию. Вебинарный формат, когда преподаватель говорит на камеру, отвечает на вопросы или спрашивает выученный материал, — тупиковая ветвь развития дистанционного образования (примерно как пейджеры на заре мобильных телефонов). Только правильно организованное обсуждение и совместный поиск решения удерживают внимание человека во время онлайн-занятия.

ФОКУС НА УЧЕБНОМ МАТЕРИАЛЕ, А НЕ НА ОБРАЗОВАТЕЛЬНОМ ОПЫТЕ

У американского исследователя в области маркетинга, автора книги “Экономика впечатлений” Джозефа Пайна, есть интересная концепция. Он выделил разные типы рынков: сырьевые (commodity), рынок товаров, услуг, впечатлений и высший пятый уровень — рынок трансформации. Переход от одного типа к другому происходит за счет более глубокого фокуса на потребностях человека и персонализации предложения. Например, многие индустрии, начиная с театра и медиа и заканчивая ритейлом и туризмом, сегодня работают в экономике впечатлений. Концепцию Джозефа Пайна можно применить и к сфере образования.

В обществе сложилось представление, что образование — это либо общественное благо (commodity), либо товар (диплом по итогам обучения), либо услуга по апгрейду знаний и навыков. В этой логике нет никакого смысла платить за онлайн-обучение такую же цену, как и за очный формат. Товар или услуга в лучшем случае та же, а форма ее доставки становится менее удобной.

Самые сильные игроки давно перешли в экономику впечатлений (более точный перевод с английского — экономика опыта). Здесь важен не только диплом или навыки, а то, какие инсайты появились у человека в ходе обучения, как поменялось его мировоззрение. В конечном счете, какой опыт получил студент, хотел бы он его повторить или нет. И здесь кроется главная проблема онлайн-обучения.

Большинство образовательных учреждений до сих пор фокусируется на учебном предмете, а не на образовательном опыте студента. Во время шокового перехода в онлайн на первый план выходили вопросы, как доставить контент до учащегося в цифровом формате, мало кто думал о том, удобно ли студенту учиться, адекватен ли дизайн онлайн-курса новым жизненным обстоятельствам. В результате ни контент, ни формат, ни интерфейс онлайн-платформы не вызывали у учащегося желания вернуться.

Над этой проблемой сейчас работают ведущие университеты, образовательные стартапы и технологические компании. Они, в частности, расширяют функциональные возможности онлайн-платформ, разрабатывают более удобные и красивые интерфейсы. На горизонте двух-трех лет появятся успешные проекты, предлагающие качественно новый опыт обучения в онлайне.

Лидеров образования, которые решат эту задачу, ждет новый вызов — как перейти из экономики впечатлений в экономику трансформации. В этом случае студент будет платить не за процесс обучения или новый опыт, а за результат: не трансформировался — значит, платить не за что. Пока нет четкого понимания, как оценивать изменения, но лет через 10 такие модели обучения тоже появятся.

КОНЕЦ ЭПОХИ MOOC

В октябре 2011 года Стэнфордский университет предложил всем желающим бесплатно пройти три своих курса онлайн. Год спустя появились платформы Coursera и EdX — здесь были доступны уже более 250 бесплатных онлайн-курсов от 40 ведущих университетов мира, на которых обучались 2,5 млн студентов. Так началась эпоха массовых открытых онлайн-курсов (Massive Open Online Course, или MOOC). Знания от лучших профессоров мира могли получить все желающие, а дизайн курсов, состоящих из серии коротких видео и заданий к ним, позволял учиться в своем темпе. Считается, что с появлением MOOC в образовании началась цифровая революция, однако изначальная цель — университет для миллиардов — так и не была достигнута.

В 2019 году журнал Science опубликовал статью The MOOC Pivot, в которой исследователи из MIT подвели итоги эпохи MOOC. Массовые открытые онлайн-курсы не справились с задачей вовлечения и удержания студентов. За семь лет доля слушателей, заканчивающих курс до конца, снизилась с 6 до 3%, а количество повторно возвращающихся людей составляло не более 10%. Пандемия хоть и привела к приросту числа новых студентов в 2020 году, но другие показатели не улучшились. По всей видимости, пик популярности MOOC прошел. Эти курсы заняли свою нишу онлайн-обучения — они предназначены для высокомотивированных людей, умеющих и любящих учиться самостоятельно, в то время как многим слушателям нужно что-то другое.

Сегодня студенты и преподаватели выдвигают новые требования к онлайн-образованию: практичное содержание, другие форматы и принципы обучения. В центре должен быть не записанный контент, а человек с его вопросами и проблемами, потребностью во взаимодействии. В ответ на этот вызов лидеры рынка начали создавать и тестировать новые модели онлайн-обучения, которые можно назвать LIVE — Learning in Virtual Environment, то есть живое обучение в виртуальной среде. И сейчас уже можно обрисовать контуры будущего образования в цифровом пространстве.

LIVE: ПРОТОТИПЫ ОНЛАЙН-ОБРАЗОВАНИЯ БУДУЩЕГО

В 2020 году соосновательница Coursera Дафна Коллер объявила о запуске новой образовательной платформы Engageli, где студенты совместно работают за небольшими виртуальными столами. Люди могут общаться друг с другом, получать инструкции от преподавателей, вместе выполнять задания, участвовать в викторинах, делать заметки по результатам обсуждений. Профессора, в свою очередь, могут анализировать количество взаимодействий между студентами и отслеживать индикаторы их вовлеченности.

Образовательный проект Minerva, созданный Беном Нельсоном, развивает онлайн-платформу Minerva Forum — она позволяет в синхронном формате, то есть в режиме реального времени проводить курсы по междисциплинарным темам. Обучение выстроено вокруг дискуссий студентов и преподавателей, и здесь нет “задней парты”, где можно отсидеться. Каждая образовательная сессия записывается, и по ее итогам студенты получают персональную обратную связь от преподавателя.

Во время пандемии появились гибридные форматы, объединяющие преимущества образования и медиа. Например, Московская школа управления “Сколково” запустила образовательные онлайн-сессии, которые по формату близки к “реалити-шоу”. В специальной студии SKOLKOVO Glassroom можно создавать красивые телевизионные планы и эффект присутствия профессора и студентов в одном помещении. У каждой образовательной сессии есть свой сюжет, построенный вокруг сложной управленческой ситуации или проблемы, для нее пишут подробный поминутный сценарий, как к фильму или ТВ-шоу. Профессор ставит перед участниками вопросы, на которые нет правильного ответа, и студенты вместе ищут варианты решений, становясь героями сюжета. Такой формат обеспечивает интерактивность и полную включенность участников процесса.

Подобные эксперименты с онлайн-обучением в режиме LIVE проводят сегодня университеты и образовательные стартапы по всему миру. Все эти проекты базируются на трех общих принципах: живое знание, интерактивный формат и новое цифровое образовательное пространство.

КАК РАБОТАЕТ LIVE-ОБУЧЕНИЕ

Первый принцип — плотный контент, выстроенный вокруг междисциплинарных проблем. Онлайн-формат не прощает и пяти минут бессодержательной беседы или общих слов — практичность и релевантность становятся обязательным условием обучения. Ценятся смыслы и практические решения в новых ситуациях, в которых мы все оказались.

Многое из того объема знаний, что было накоплено в доковидных условиях, потеряло свою ценность. Это касается разных сфер нашей жизни — от управления бизнесом до отношений между людьми. Знания для нового мира создаются прямо сейчас практиками, способными быстро разработать и протестировать новые решения, а потом о них системно и понятно рассказать. Таких знаний пока мало, они не описаны в учебниках, и ими часто не обладают кабинетные эксперты, привыкшие только преподавать. Именно вокруг такого эксклюзивного контента строится новое онлайн-образование.

Второй принцип живого онлайн-обучения — событийность. Образование становится коллективным действием, в котором одновременно участвуют студенты, преподаватели, эксперты и фасилитаторы. Их цель — совместно найти практичные ответы на важные вопросы, а задача профессора — не транслировать готовую информацию, а управлять “полевым интеллектом” и конструировать в ходе сессии новые работающие знания. В образовании такой подход получил название “обучение через дискуссию”.

Стандартный учебный план здесь больше не подходит — необходим набор сценариев, по которым может развиваться дискуссия. Событийность обучения предполагает наличие сюжетной линии, где есть завязка, кульминация и развязка. Образовательный путь участников складывается из постоянной смены коротких форматов работы: общие дискуссии, экспертные выступления и концептуальные блоки, работа в малых группах, голосования и опросы, сессии рефлексии и персональной обратной связи. Это позволяет поддерживать напряжение и интерес всех участников обучения на пути к общему образовательному результату.

Наконец, третий принцип — цифровая эстетика, красота и удобство онлайн-интерфейсов. Участникам должно быть комфортно в цифровом образовательном пространстве, поэтому важно создавать эффект присутствия и живого общения, вызывать желание вернуться. Ведущие университеты еще до начала пандемии начали строить виртуальные студии для обучения онлайн. Обычно это физическое пространство с большим экраном и интерактивными досками, к которому в режиме реального времени подключаются студенты. Профессор находится в студии, видит всех участников одновременно и взаимодействует с ними так же, как в реальном классе.

По сути мы видим тренд на фиджитальность (от англ. phygital = physical + digital), который приводит к стиранию границ между физическим и онлайн-пространством. Со временем пандемия пойдет на спад, учебные заведения вернутся к очному обучению, но мир еще будет жить в условиях ограничений. Ведущие университеты не смогут привозить к себе лучших профессоров из других стран, но будут рады их виртуальному участию на занятиях в виде голограммы или аватара, создающего полноценный эффект присутствия. Пандемия сформировала на это устойчивый платежеспособный спрос. Появление подобных технологий — вопрос ближайшего будущего. Так что лет через 5—10 мы сможем жить в уютном месте с недорогой недвижимостью, высокоскоростным интернетом и полноценно учиться в виртуальной реальности, нивелируя любое неравенство.

ЖИЗНЬ ОНЛАЙН

Пандемия, как и любой глобальный кризис, показала ограничения сложившихся практик во многих сферах человеческой жизни. Каждый из нас столкнулся с вопросами, о которых редко задумывался раньше — как мы живем и взаимодействуем с другими людьми, откуда берем силы, как и зачем мы учимся и строим карьеру. Школьное и университетское образование также игнорировали эти вопросы.

Новые модели онлайн-обучения имеют принципиальное отличие от традиционных — они человекоцентричны и формируются в результате экспериментов и постоянных улучшений. Главное, о чем размышляют инноваторы, — студент и его образовательный путь, а не учебный предмет или образовательный стандарт. Основным драйвером развития школы или университета в новых условиях становятся не директора, их замы и даже не отдельные преподаватели, а команды профессоров и продюсеров, способные быстро создавать образовательные программы, базируясь на новых педагогических и технологических принципах.

Пандемия приведет к тектоническим сдвигам в образовательном ландшафте. Онлайн-обучение будет не дополнением, а неотъемлемой составляющей образовательного опыта. Новыми сильными игроками в этой сфере станут технологические компании, строящие собственные экосистемы вокруг потребностей человека. Так что в ближайшие несколько лет многим учебным заведениям предстоит встать на рискованный путь цифровой трансформации.

Об авторе. Денис Конанчук — директор департамента корпоративного обучения Московской школы управления “Сколково”.

Добавить комментарий

Автор:

Введите Код, указанный на рисунке
 




Новини

20:30 - Відтепер послуга «єМалятко» буде доступною для мешканців ТОТ
20:30 - Понад 400 ВПО отримають житло за рахунок субвенції з державного бюджету
20:30 - Фахівці Держгеокадастру провели онлайн-зустріч із представниками Державної земельної служби Латвії
20:30 - Дія.Бізнес став майданчиком для популяризації безбар’єрності серед малих і середніх підприємств
20:30 - Легкоброньовані медичні автомобілі від Латвійської Республіки посилять спроможності військово-медичної служби, - Андрій Таран
20:30 - Держпродспоживслужба збільшить кількість лабораторій, які перевіряють картоплю
19:24 - Госгеонедр в апреле выставит на продажу 13 лотов
19:24 - Главу Госархстройинспекции сменили
19:24 - Минстратегпром обнародовал законопроект о промышленной политике
18:30 - Кабмин повторно согласовал назначение главы Запорожского титано-магниевого комбината
18:30 - Немецкая Wintershall Dea прекратила финансирование “Северного потока-2”
18:30 - Правительство хочет уменьшить расходы государства на обанкротившиеся банки
18:30 - Лондонский суд отклонил иск “Татнефти” к Игорю Коломойскому на 300 млн долларов за захват “Укртатнафты”
18:24 - Публічний звіт Голови Держрибагентства Ганни Шишман за 2020 рік перенесено
18:24 - Роман Боднар прозвітував про роботу Держенергонагляду за 2020 рік
18:24 - Український кордон має стати зовнішнім кордоном ЄС
18:24 - Уряд схвалив законопроект про регулювання нестандартних форм трудових відносин
18:24 - Уряд спростив ліцензування у сфері зовнішньоекономічної діяльності
18:24 - Мінекономіки: Велике будівництво стало одним із драйверів економіки у 2020 році
18:24 - Олексій Чернишов: До трагедії у Харкові призвело свідоме порушення правил пожежної безпеки
18:24 - Прем’єр-міністр України зустрівся з Міністром закордонних справ Литви
18:24 - Новий законопроект про професійну освіту має стати справжнім поштовхом до розвитку та модернізації галузі, – Сергій Шкарлет
18:24 - Уряд ухвалив рішення про реорганізацію Національної академії державного управління при Президентові України
18:18 - Страховые компании ARX и ARX Life подвели итоги 2020 года: премии выросли на 17%, прибыль 325 млн. грн.
18:18 - Кабмин создал рабочую группу по вопросам возврата активов обанкротившихся банков
18:18 - НБУ: Банки обязаны обслуживать жителей Крыма без справки внутренне перемещенного лица
18:18 - Munich Re Syndicate отказалась страховать риски "Северного потока-2", котрый попал под санкции США
18:18 - Руслан Магомедов назначен главой Нацкомиссии по ценным бумагам и фондовому рынку (НКЦБФР)
18:18 - Комитет ВРУ здоровья нации и медстрахования рассмотрит механизмы внедрения страховой медицины в Украине
18:18 - Нацполиция провела обыски в ГПЗКУ по расследованию факта схемного страхования и присвоения страховых средств


Більше новин

ВалютаКурс
Австралійський долар22.1176
Канадський долар22.2348
Юань Женьміньбі4.3303
Куна4.4753
Чеська крона1.3052
Данська крона4.5626
Гонконгівський долар3.6042
Форинт0.094241
Індійська рупія0.38631
Рупія0.0019842
Новий ізраїльський шекель8.5513
Єна0.26378
Теньге0.067289
Вона0.025124
Мексиканське песо1.3697
Молдовський лей1.5945
Новозеландський долар20.6363
Норвезька крона3.3102
Російський рубль0.37926
Саудівський ріял7.4521
Сінгапурський долар21.1496
Ренд1.9301
Шведська крона3.3638
Швейцарський франк30.8133
Єгипетський фунт1.783
Фунт стерлінгів39.4405
Долар США27.9492
Білоруський рубль10.7642
Азербайджанський манат16.4523
Румунський лей6.9596
Турецька ліра3.8965
СПЗ (спеціальні права запозичення)40.3361
Болгарський лев17.3576
Євро33.9289
Злотий7.5056
Алжирський динар0.2118
Така0.33175
Вірменський драм0.054281
Іранський ріал0.00066982
Іракський динар0.019269
Сом0.33175
Ліванський фунт0.018662
Лівійський динар6.295
Малайзійський ринггіт6.9633
Марокканський дирхам3.1428
Донг0.0012202
Бат0.94079
Дирхам ОАЕ7.6592
Туніський динар10.4129
Узбецький сум0.0026744
Новий тайванський долар1.00408
Туркменський новий манат8.0378
Ганське седі4.8293
Сербський динар0.29047
Сомоні2.4896
Ларі8.525
Бразильський реал5.1242
Золото50352.44
Срібло773.43
Платина35283.63
Паладій65917.35

Курси валют, встановлені НБУ на: 25.02.2021

ТікерOpenMaxMinCloseVolume
CEEN8.358.358.358.3541750.00
MHPC1991991991991990.00

Дані за 24.02.2021