Задача на год — $27 млрд.

Вчера, 26 января, была создана координационная платформа доноров Украины, так называемый финансовый “Рамштайн”, к которому присоединились представители государств G7, Еврокомиссии и международных финансовых организаций. Первая предметная встреча состоится не раньше начала марта. Там украинские чиновники будут обсуждать с партнерами источники финансирования потребностей по крайней мере на $27 млрд в течение года — в дополнение к €18 млрд и $9,9 млрд, которые уже анонсировали соответственно ЕС и США.

Для достижения такого уровня взаимодействия Украине пришлось пройти сложный путь через многочисленные встречи, конференции и обсуждение конкурирующих идей от разных доноров.

В конце концов, “финансовый “Рамштайн” должен стать точкой входа для правительств или организаций, которые хотят экономически поддержать украинское сопротивление рф, говорит заместитель директора-распорядителя МВФ от Украины Владислав Рашкован.

Как это будет работать и почему платформу для координации усилий доноров создавали так долго?

Как будет работать “финансовый “Рамштайн”

В отличие от оригинального “Рамштайна”, название которого происходит от одноименной военной базы в Германии, координационная платформа доноров Украины не будет иметь четко определенного места встреч.

Где состоится первое заседание, запланированное на начало марта, как и его адженда, пока не определено. Следующую встречу, предположительно, будет принимать Вашингтон во время весенних сборов МВФ и Всемирного банка, ожидает Рашкован.

Частота встреч — примерно раз в месяц. Создание платформы не отменяет периодические конференции доноров Украины (в прошлом году подобные мероприятия прошли в Швейцарии, Германии и Франции), отмечает представитель Украины во Всемирном банке Роман Качур. Пока известно о большом форуме, который состоится летом в Лондоне.

Как будет работать сама платформа? Ее структура имеет несколько существенных отличий от “Рамштайна”, где обсуждаются поставки оружия.

Первое — под платформу доноров создается секретариат с офисами в Киеве и Брюсселе. Он не будет принимать принципиальные решения и должен выполнять техническую функцию — организовывать встречи, составлять протоколы, собирать информацию.

Другая важная задача секретариата — координировать движение от обсуждений до принятия решений: после каждой встречи у всех участников платформы будет набор определенных шагов, которые нужно сделать до следующего заседания, рассказывает Рашкован.

“Ранее часто возникали ситуации, когда подобные встречи превращались в обмен информацией о том, что уже было сделано, — объясняет он. — В то время как нам нужно сфокусироваться на том, что будет сделано в перспективе по крайней мере трех — шести месяцев”.

Второе отличие — уровень представительства. Если “военный “Рамштайн” объединяет министров обороны, то финансовая платформа будет включать в себя довольно разнообразный круг участников. В платформе сопредседательствуют министр финансов Украины Сергей Марченко, гендиректор Еврокомиссии по вопросам соседства и расширения Герт Ян Купман и заместитель советника по национальной безопасности США Майк Пайл.

Посол Украины в США Оксана Маркарова и министр финансов Сергей Марченко Фото Getty Images

Своих представителей делегируют все страны G7, МВФ, Всемирный банк, ЕБРР и Европейский инвестбанк. Как и в “военном “Рамштайне”, к платформе могут присоединиться страны не из G7, говорит Рашкован.

“Это могут быть Польша, Норвегия, Швейцария, Нидерланды, Швеция и другие наши ключевые партнеры, но механизм еще не выписан, — перечисляет он. — В будущем к платформе могли бы присоединиться и крупные частные компании, такие как BlackRock или Goldman Sachs, но это пока теория”.

Также от Украины в проекте примут участие вице-премьеры Александр Кубраков и Юлия Свириденко. Их задача — доносить до партнеров консолидированную позицию Украины по приоритетам, которые ей нужно профинансировать.

Речь идет о трех уровнях потребностей:

бюджетная поддержка — остаются непонятными источники покрытия $10 млрд из $38 млрд дефицита в этом году;

быстрое восстановление, или Fast Recovery на $17 млрд — из них $5,7 млрд на наиболее неотложные ремонтные работы;

поддержка частного сектора — например, страхование военных рисков для украинских компаний от агентства Всемирного банка MIGA.

Если $10 млрд под дефицит — цифра, которую партнеры утвердили еще на встрече в прошлом году, другие потребности — это пока только озвученные Украиной пожелания, объясняют на правах анонимности два собеседника среди участников платформы.

Вероятно, подтверждать заявленные правительством расчеты будет Всемирный банк, отмечает представитель учреждения Качур. В сентябре банк опубликовал свою оценку убытков Украины: $349 млрд по состоянию на 1 июня, с уточнением, что для восстановления на первом этапе в полтора-три года стране потребуется около $105 млрд.

Конкуренция за восстановление Украины

Термин “финансовый “Рамштайн” одним из первых публично озвучил президент Владимир Зеленский, использовав его в ходе обращения к участникам конференции доноров в Берлине в конце октября. Тогда же о создании координационной платформы для восстановления Украины объявила глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен.

На тот момент на условном столе потенциальных доноров и украинского правительства лежало несколько конкурирующих идей по поводу формата будущей координационной платформы. Впрочем, найти компромисс было сложно.

Первые концепты начали обсуждать еще весной. Уже на июльской конференции в Лугано со своими предложениями одновременно выступили премьер Денис Шмыгаль и президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен. Последний вариант предполагал создание новой структуры на базе ЕК в Брюсселе, что не понравилось США и другим “неевропейским” донорам, рассказывает на правах анонимности один из участвовавших в этих встречах высокопоставленных чиновников.

Урсула фон дер Ляйен, Денис Шмыгаль и Олаф Шольц Фото Christophe Licoppe/audiovisual.ec.europa.eu

Точки пересечения тогда так и не были найдены, поэтому на октябрьской конференции в Берлине украинская сторона представила свое видение платформы. Оно предполагало несколько уровней координации. Послы G7 и представители МФО в Украине, специально созданная task force (аналог постоянно действующей рабочей группы) с физическим офисом в одном из европейских городов, работающим исключительно над украинскими вопросами, плюс секретариат, выполняющий технические задачи, и регулярные встречи министров финансов стран G7 (четыре раза в год).

Эту идею в конце концов с определенными замечаниями (к примеру, OECD предлагала не создавать офис для task force и вместо этого работать онлайн) поддержали OECD, ЕБРР и отдельные страны G7, но уже в конце осени она получила трех “конкурентов”. Еврокомиссия вернулась к своему старому предложению, вице-президент Всемирного банка Анна Бьерде на встрече с Зеленским в ноябре предложила, чтобы процесс координировал их офис в Вашингтоне, а Германия, как председательствующее государство в G7, подала свою модель.

В итоге именно последний механизм стал основой для координационной платформы, созданной вчера. Она включает некоторые элементы украинской модели, однако не ключевой момент — регулярной вовлеченности министров финансов, констатирует собеседник из числа участников дискуссий.

“Теперь главное, чтобы платформа не превратилась в поучительный разговор, какие реформы следует провести Украине”, — говорит он. Есть ли такой риск? Политические требования будут обсуждаться на платформе, но как часть программ макрофинансовой поддержки (например, ЕС или МВФ), говорит Качур из Всемирного банка.

“В остальных вопросах, разумеется, нужен контроль за использованием средств, но, например, финансирование закупки трансформаторов — это не суперполитическая вещь”, — отмечает он.

Сергей ШЕВЧУК