Союзное государство закончилось. С чем Лукашенко завершил 20-й год манипулирования Путиным

Деловая столица,23 декабря 2019. Опубликовано 08:15 24 декабря 2019 года Два десятка лет играть в слияние с империей-соседом, получать от нее все это время огромные дотации, решать собственные проблемы и пугать соседей грядущим объединением, но в итоге так ничего и не сделать — в этом весь Александр Лукашенко.

Год 2019-й должен был стать решающим для отношений Минска и Москвы. Предполагалось, что 20-летие подписания договора о Союзном государстве станет моментом начала его реального исполнения — вплоть до слияния двух стран. Но это предполагалось в Кремле. А в администрации Александра Лукашенко предполагалось нечто совсем другое. В итоге начальник Беларуси в очередной раз переиграл российских коллег. Пусть и с потерями, но суверенитет сохранил и желаемое получил.

Это, если вкратце, — итог последней в нынешнем году встречи Лукашенко с Владимиром Путиным, состоявшейся на полях саммита ЕАЭС и СНГ в Санкт-Петербурге. Перед этим Путин и Лукашенко встречались в Сочи 7 декабря, ровно накануне 20-летия того самого договора о создании Союзного государства РБ и РФ, который Лукашенко когда-то сам привез в Москву, а сегодня выполнять не хочет.

Вот та встреча действительно была опасна для белорусского суверенитета: россияне всерьез ожидали, что белорусская сторона подпишет дорожные карты (31 штуку) по ускоренной интеграции — ведь Александру Григорьевичу в год президентских (пере)выборов нужны дешевые нефть с газом. Но Лукашенко не хуже понимал, что Путин не может себе позволить закончить год публичным провалом и на компромиссы пойдет. Так что белорусская делегация сыграла на нервах и покинула Сочи, не подписав ничего.

“Что-то” пришлось подписывать уже в Санкт-Петербурге, в спешке и сумбуре. В итоге белорусский президент не получил многое из желаемого. Например, денежной компенсации за грязную нефть в начале года и за российский налоговый маневр в нефтяной отрасли — из-за него белорусские НПЗ потеряли свою сверхприбыль.

Глава Минэкономразвития РФ Максим Орешкин, которого в Питере буквально выгнали описывать прессе итоги переговоров Путина и Лукашенко, сказал о результатах так: “Мы следовали в рамках тех договоренностей, которые были достигнуты в Сочи. Президенты дали ряд указаний, и мы сделали очередной шаг вперед с точки зрения согласования вопросов. Согласованы полностью вопросы в сфере сельского хозяйства, связи, таможни, урегулирования алкогольного рынка. У нас сейчас по результатам сегодняшних переговоров осталось три группы вопросов, которые блокируют финальные договоренности. Это договоренности в нефтяной, газовой и налоговой сфере. Три группы вопросов, которые осталось решить, чтобы финализировать все дорожные карты. Напомню, у нас 31 дорожная карта, три блока вопросов остались, которые мешают достигнуть пакетной договоренности”.

Лукашенко, правда, сразу же заявил, что российские нефть и газ для Беларуси не подорожают, то есть республика продолжит их получать дешевле, чем все прочие соседи России. Добавим сюда решение таких важных для него вопросов, как сохранение открытого российского рынка для белорусских продуктов. Но главное — президенту Беларуси не пришлось идти на политические уступки.

Более того, именно сейчас, ровно через 20 лет после подписания договора о Союзном государстве, стало четко понятно: его не будет. Не будет реального объединения двух стран. Точнее — вхождения Беларуси в состав России. Чтобы понять, почему, нужно просто внимательно послушать Лукашенко и Путина. Вот их два выступления, недавних, декабрьских.

Путин: “Русский и белорусский народ, по-моему, то же самое, что украинский и русский — это почти одно и то же в этническом смысле слова и с точки зрения нашей истории, духовных начал. ... Решения, которые были в свое время приняты по поводу строительства Союзного государства, в подавляющем своем большинстве основополагающие решения не реализованы. Просто там 90% не сделано по каждому вопросу. ... Россия должна дотировать другую страну так же, как самую дотируемую в России область — Смоленскую. Это странновато. Мы обсуждаем с нашими белорусскими партнерами это, продвигаемся в значительной степени. Но на что мы сможем выйти, пока непонятно, пока неясно. Поэтому забегать вперед и начинать дотировать для Беларуси то, что мы сейчас не готовы делать, в условиях недорешенности вопроса этого союзного строительства было бы с нашей стороны ошибочно”, — большая пресс-конеренция 19 декабря.

Лукашенко: “Запомните! Я не пацан, который отработал 3-4-5 лет президентом. Мне хватило — вот так. И я не хочу перечеркнуть все то, что я сделал вместе с вами, с народом — создал суверенное, независимое государство, чтобы его сейчас уложить в какой-то ящик с крестом наверху и куда-то выбросить или кому-то передать? При мне этого не будет никогда — что мы там подпишем какие-то такие документы, которые не в интересах Беларуси. Никто никогда не подпишет те документы, которые нам принесут вред. Сегодня вообще не идет в переговорах с Россией речь о политике, дипломатии и так далее. ... Если кто-то переживает, что завтра будет общий парламент, на эту тему даже разговоров нет. Мы не ведем диалог по политическим вопросам. С президентом Путиным еще в Сочи более года назад договорились по-дружески. Я ему говорю: мы не потянем эти вопросы, если начнем их обсуждать”, — обращение к депутатам парламента 5 декабря..

То есть обе стороны четко обозначили позиции, которые пока что нельзя привести к общему знаменателю.

Понятно, что никто не прекратит разговоры об интеграции двух “братских народов” — в конце концов, процесс белорусско-российской интеграции уже давно стал самоподдерживающимся. В конце каждого года высшие должностные лица, причастные чиновники и пропагандисты вдохновленно рассказывают, насколько более тесными и крепкими стали связи между Минском и Москвой, насколько лучше стало жить людям в Союзном государстве. То, что о самом существовании подобного образования знает меньше половины граждан РФ и чуть больше половины граждан РБ, — их ничуть не смущает.

“Я думаю, в Кремле уже поняли: эта лошадь сдохла, пора с нее слезть. Не случайно же перед встречей в Санкт-Петербурге Путин четко сформулировал свою позицию: пока вопрос союзного строительства не решен на 90%, дотировать другую страну не будем, нужны общие органы власти и эмиссионный центр, — сказал в комментарии для “ДС” белорусский политолог Владислав Артеменко. — В России действительно уверены, что каждое государство (РФ и РБ) не есть отдельное территориальное образование, а оба они представляют собой нераздельный цивилизационный организм, имеющий историческое, языковое, духовное и культурное единство. С Украиной тоже такая иллюзия была, с Беларусью она куда крепче. Поэтому в Кремле несколько лет подряд буквально не слышали открытых заявлений Лукашенко о том, что он суверенитетом не поступится. А теперь вдруг поняли, что это реальная позиция не одного только Лукашенко, а всей белорусской верхушки. То есть и потенциальных преемников “бацьки” тоже”.

Правда, пока остается очень серьезный фактор, скрепляющий белорусско-российское взаимодействие, — фактор силовых структур. Спецслужбы — КГБ и ФСБ — и раньше действовали совместно, а теперь и вовсе готовится специальный закон об их сотрудничестве. Плюс договор ОДКБ, этакий постсоветский аналог НАТО, делает белорусскую армию ближайшим союзником российской.

Хотя от этой зависимости белорусы, кажется, готовы избавиться. Александр Лукашенко 19 декабря провел заседание Совета Безопасности, на котором подписал новый план обороны Беларуси. В нем особый акцент делается на предотвращении развязывания агрессии в отношении страны, стратегическом сдерживании далеких и близких соседей. Всех соседей, без исключения. То есть Россия для белорусских военных вполне официально ставится в один ряд с Украиной и Латвией. Понятно, что в российском Генштабе это вызовет как минимум, изжогу.

Но если отбросить фактор безопасности (да даже если и не отбрасывать), то получается, что это не Беларусь не может жить без России, это Россия по каким-то причинам не может жить, не плодя интеграционные структуры, создавая себе иллюзию того, что она — региональный лидер.

Денис ЛАВНИКЕВИЧ