Ринат показал Бене черную дыру
Олег КАЛИТА 13:15 22 сентября 2020 года У Игоря Коломойского отбирают последний железорудный актив. Расстается он с ним стоически, засунув, по собственному меткому выражению, язык в … Из соображений морали и этики, не упоминая в чью именно.
Глухое молчание традиционно страдающего от синдрома Туретта олигарха в трудовом конфликте на КЖРК, где имя Коломойского уже было упомянуто всуе раз пятьсот за последние три недели, говорит нам, что мы являемся свидетелями согласованного со всеми заинтересованными сторонами акта публичного унижения Бени. Звездой кампании является Михаил Волынец, некогда независимый профсоюзный лидер, который на старости лет фактически устроился на работу в “ДТЭК” Рината Ахметова, озвучивая необходимую самому богатому украинцу повестку дня в углепроме. А теперь, как видим, и не только в углепроме.
Помимо прочего Волынец — снова нардеп в данном созыве, представляющий фракцию “Батькивщина”, которую с самого начала работы действущей Рады взял на финансовый буксир все тот же Ахметов. Ходят слухи, что не ровен час Юлия Тимошенко не просто уйдет на покой, но и отпишет партию любимому извращенцу Рината Олегу Ляшко.
Волынец без устали освещает забастовку на КЖРК. Мы ни на минуту не ставим под сомнение справедливость требований горняков, однако та неистовость, с которой Михаил Яковлевич упоминает группу “Приват“ и Беню, и полностью игнорирует второго пайщика КЖРК в лице СКМ и Ахметова не может не удивлять любого нормального человека, следящего за этим праздником профсоюзного непослушания. Убогий тезис, что именно человек Коломойского возглавляет КЖРК, поэтому именно ему и шишки — ровным счетом ничего не объясняет. Во-первых, “Приват” и СКМ договорились именно о такой схеме управления комбинатом, и не жалуется. Еще в 2007 году пресс-служба СКМ так описывала свои непростые взаимоотношения с КЖРК: “Мы не осуществляем контроль над ним. Права по управлению этой долей СКМ делегированы горно-металлургическому подразделению группы — компании “Метинвест”, которая наравне с другими собственниками участвует в управлении в рамках своих корпоративных прав”. И уже 13 лет стоически терпит подобное положение вещей.
Во-вторых оба акционера имеют право вето на стратегические решения менеджмента КЖРК. Наконец, Ахметов пусть и более “тихий акционер”, но исправно получает дивиденды, в том числе в результате обкрадывания горняков предприятия — чем меньше фонд оплаты труда тем разумеется они выше.
Окончательно как “засланный козачок” Волынец расчехлился после того, как поведал, что Коломойский понарошку передал свои акции в КЖРК 4 компаниям Александра Ярославского (что последний яростно отрицает). Проблема в том, что 99,88% Криворожского железорудного комбината принадлежит кипрской компании Starmill Limited. Именно доли последней и делят СКМ и “Приват”/Ярославский. И если у Волынца есть информация о том, как выглядит структура собственности офшора (или он думает, что знает), то очевидно нардеп в данном конфликте доверительно общается с одной из сторон конфликта. И очевидно, что это не “Приват”.
Закономерен вопрос, какая черная кошка пробежала между олигархами на КЖРК? Первый наиболее очевидный ответ связан с тем, что осенью прошлого года на комбинате сменилось руководство. Работавший на должности предправления КЖРК в течение 17 лет Федор Караманиц скончался после продолжительной болезни 21 октября 2019 года. Хотя он формально считался представителем “Привата”, у него еще с 2004 года был зуб на Коломойского, который в конце 2004 года на несколько месяцев сместил его с поста руководителя предприятия. И потому несмотря на формальности, Караманиц был фигурой не только довольно самостоятельной, но и более-менее равноудаленной от обоих акционеров.
После его смерти на КЖРК началась кадровая чехарда и нынешний представитель “Привата” во главе комбината по-прежнему носит гордую приставку временно исполняющего обязанности. Возможно, Сергей Новак чересчур рьяно принял сторону Бени и это вызвало недовольство у второго акционера. Однако, такой вопрос можно было бы решить, не выводя конфликт в публичную плоскость. Тем паче, инициируя забастовку горняков.
Вторая менее очевидная причина конфликта на КЖРК — пертурбации среди акционеров. Мы честно пытались найти хоть какие-то следы появления среди акционеров комбината Александра Ярославского и обнаружили, что на короткий период (11 декабря 2019 — 26 февраля 2020) бенефициарами КЖРК наряду с Ахметовым стали Михаил Воеводин и Наталья Селиванова. Эти персонажи неплохо известны в Украине, так как представляют словацкую компанию VS Energy, которая есть ничто иное как бизнес-крыло так называемой “лужниковской группировки” россиян Александра Бабакова, Евгения Гинера и Михаила Воеводина.
Бабаков — бывший вице-спикер Госдумы России — сегодня находится под санкциями США и ЕС. Президент московского футбольного клуба ЦСКА Евгений Гинер официально владеет в Украине Первым инвестиционным банком (PIN Банк). VS Energy официально принадлежит в Украине сеть отелей (ЧАО “Премьер Палац”) и несколько облэнерго. Как раз в 2019 году россияне продали 68,2949% акций АО “Одессаоблэнерго” и 93,9978% ЧАО “Киевоблэнерго” Ринату Ахметову за 250 млн долларов.
Лоббист “лужниковских” Борис Баум сегодня вхож в администрацию Владимира Зеленского. В частности, проталкивает активно обсуждаемый сейчас законопроект об игорном бизнесе.
Однако, все это нисколько не объясняет, каким образом “лужниковские”, пусть и всего на три месяца, оказались среди акционеров КЖРК. Очевидно, что Коломойский переживает последний год весьма непростые отношения с американским правосудием и пытался избавиться от пакета акций одного из своих самых ликвидных активов. Но в итоге сделка развалилась — Ахметову не понравились новые “соседи из России” и он сумел убедить их не будить лихо и уйти по-хорошему.
Метания Игоря Валерьевича стали для Рината очередным свидетельством, что он имеет дело с довольно нервным субъектом, от которого нужно срочно избавляться — не ровен час притащит других стремных покупателей. И здесь нищие шахтеры стали прекрасным поводом для старта процедуры выноса еще теплого Бениного тела за пределы КЖРК. Тем паче, что забастовка горняков делает этот актив заведомо токсичным — на него теперь невозможно найти нормальных покупателей по достойной цене.
Справедливости ради, КЖРК — не единственная болевая точка Игоря Валерьевича. Очередными свидетельствами крупных проблем олигарха являются два свежих интервью его партнеров: нынешнего и прошлого.
Даже беглое знакомство с откровениями Игоря Палицы оставляет впечатление, что единственная цель этого выхода на публику, вовсе не презентовать мертворожденный политпроект, а как можно шире объявить, что его семье принадлежит 10% нефтяного бизнеса “Привата” (хотя этой схеме уже добрые десять лет). Так сказать, обозначить позицию на случай будущих недоразумений с этим куском собственности.
Интервью Геннадия Корбана ставит вопросы примерно аналогичного характера. Конфликт у него с Коломойским уже третий год. Почему именно сейчас начинать публично вещать о незакрытых имущественных спорах и долгах бывшего старшего товарища? Возможно, чтобы завтра защитить спорные активы от претензий приемников Бени.
Очевидно, реальная причина всех этих приступов невиданной искренности вкупе с бунтом на КЖРК в том, что по мнению лиц, принимающих решения, Игорь Валерьевич окончательно спекся и пришло время дерибанить его наследие: еще до того Бене привидится, что ФБРовцы “в пыльных шлемах склонятся молча надо мной”.
